Электрогрузовик от ВАЗа…

ноября 19, 2009

Увидел у http://rusautomobile.livejournal.com/60497.html и сразу перепер в эту ленту:

К 1979 году отдел проектирования электромобилей ВАЗа подошёл с изрядным багажом. Построили и испытали образец переднеприводной электротележки на базе «Автороллера» Э11011 серии 200, изготовили несколько электрофургонов на базе ВАЗ 2102, получивших обозначение ВАЗ 2102Э (а позже – ВАЗ 21029 и ВАЗ 2801). Разработали собственный двигатель постоянного тока с независимым возбуждением на базе авиационного мотора ДТ-11, отработали и запустили в серийное производство тиристорный преобразователь. Начали разработку и испытания двух вариантов мотор-колёс, эксперименты с силовыми транзисторами и цифровой системой управления приводом… В общем, работа кипела. Сам отдел разросся до пяти бюро, а в мае 1979 года разделился на два – собственно электромобилей и отдел электронных систем управления. Кроме того, проектированием электромобилей занимался и заводской Дизайн-центр.

1979 год можно назвать этапным: от экспериментальных работ и конвертирования серийных универсалов 2102 ВАЗ перешёл к созданию законченных оригинальных конструкций, первой из которых стал открытый прогулочный электромобиль ВАЗ 1801 «Пони», герой нашей предыдущей публикации. Ещё не завершили постройку первого «Пони», а уже начали думать о других машинах, о том, чтобы воплотить наработки по электроприводам в самых (разных конструкциях). Дело в том, что ВАЗ 1801, конечно, получился эффектным и интересным, но его практическая целесообразность уже на этапе проектирования была что называется «под большим вопросом». Да, можно было собрать партию электромобилей для перевозки олимпийцев, как задумывалось, но что дальше? Открытая машина вряд ли вызвала бы хоть какой-то практический интерес у чиновников, отвечающих за сферы её потенциального применения. Да и «олимпийский проект», как уже становилось понятно, ВАЗ не вытягивает – Олипмиада-80 состоится меньше, чем через год, а конструкция ещё довольно «сырая», оснастки для производства нет, зарядная инфраструктура в Москве не проработана. Поэтому было принято решение начать работу над более утилитарным электротранспортом, таким, какой мог бы найти применение в «народном хозяйстве СССР» - именно этим словосочетанием, известным каждому советскому человеку, прикрывались всякий раз, когда нужно было получить поддержку в Минавтопроме.
В 1979 году главным конструктором ВАЗа был Георгий Константинович Мирзоев. Он выслушал мнения по поводу концепции электрогрузовика и от сотрудников профильного отдела, и от дизайнеров из Центра Стиля. Мнения, надо сказать, друг от друга отличались довольно существенно: дизайнеры ратовали за первичность компоновки и развесовки, конструкторы педалировали важность интересного стайлинга и практического удобства машины. Парадоксально, но каждый отстаивал точку зрения, более подходящую «конкурирующей концессии»! Мирзоев принял соломоново решение - выбрал обе концепции. Соответственно, над грузовым электромобилем начали работать сразу две «команды» - «усовская» (бюро электромобилей тогда заведовал Станислав Усов) и «демидовская», названная по фамилии руководителя Дизайн-центра Марка Васильевича Демидовцева. Они обе формально относились к УГК (Управление Главного Конструктора), но располагались в разных – соседних – корпусах, 50-ом и 51-м соответственно.
Мнение Джуджаро
В сентябре 1979 года Марк Демидовцев предложил заняться проектом грузовика молодому инженеру Михаилу Маркиеву, который пришёл на завод двумя годами ранее, после Казанского авиационного института. Маркиев успел принять участие в разработке 1801, делая, в частности, проект несущей рамы. Грузовик, получивший индекс 2802, стал его первой полностью самостоятельной рабой на ВАЗе, что для довольно молодого человека (тогда Михаилу было 32 года) было и почётно, и ответственно.

Вот как рассказывает об этом сам Маркиев:

Несмотря на инженерное образование, Маркиев был не чужд рисованию и быстро набросал первые эскизы машины. По его идее, грузовик должен был иметь вагонную компоновку, где водитель сидит над передней осью, а основная часть кабины с рулевым управлением смещается в передний свес. Такая компоновка позволяет наиболее тяжёлые элементы конструкции – двигатель, батареи и полезный груз разместить внутри базы, ближе к центру масс, обеспечив более-менее равномерную загрузку ведущей и управляемых осей. Из этого несложно понять, что грузовик задумывался заднеприводным. Вообще, «тележка» к тому времени уже была на ВАЗе отработана и испытана на машинах 2102Э: двигатель поперечно сзади, сблокирован с редуктором, передача момента на колёса – валами со ШРУСами от «Нивы», передняя подвеска – «жигулёвская». Базовым источником питания были питерские никель-цинковые НЦ-125 в батарее на 144 Вольта. Эта батарея весила 380 кг, соответственно, смещать её от центра было чревато проблемами с развесовкой. А разделить её на два-три сегмента, как в 1801, мешало требование быстрой замены – машина-то проектировалась как элемент городской развозной инфраструктуры, в которой простои из-за недозаряда аккумуляторов недопустимы, это может сломать налаженную хозяйственную цепочку. Поэтому в техзадании и появилось требование о быстрой смене АКБ.

В первых двух эскизах 2802 Маркиев предложил сделать машину однокабинной, с открытой площадкой на месте потенциального пассажира. Объяснение простое: в лёгких грузовичках водитель почти всегда выполняет и обязанности экспедитора, пассажирское место здесь не очень востребовано. А «ополовинивание» кабины позволит сэкономить на массе кабины второго седока и энергозатратах на отопление. Но идея эта, по всей видимости, показалась Демидовцеву чересчур авнгардной. И тогда дизайном занялся Юрий Верещагин. Его проект базировался на компоновочных идеях Маркиева, но придавал им ещё более свежую форму. Был сделан промежуточный пластилиновый макет в натуральную величину со скошенной передней стенкой. Но потом решили, что первоначальная «кубическая» форма интереснее и работа пошла уже в этом направлении.

Первые эскизы:

Макет по дизайну Верещагина:

Забегая вперёд, скажем: этот дизайн похвалил сам Джоржетто Джуджаро (Giorgetto Giugiaro), глава итальянской дизайн-студии Italdesign. Джуджаро приезжал на ВАЗ в 1985 году, почти инкогнито, то есть визит его был неофициальным (почему так – бог весть, в СССР Джуджаро мог приехать и официально, со всеми возможными почестями). Маэстро посетил дизайн-центр, где ему показали Ниву, перспективную тогда «восьмёрку» и несколько опытных разработок.

- Вы только не обижайтесь, - сказал Джуджаро, но из всего, что я увидел, внимания достойна только одна машина.

И показал пальцем на 2802.

В интернете информации по проекту немного, но та, что есть, повторяет ошибку ВАЗовского конструктора Барановского, сказавшего в одном из интервью, что дизайнером 2802 был В.Пашко. Нет, это не так. Вообще, над машиной работала группа дизайеров – В. Гетман, И. Закиров , Сергей Зайцев, но основная художественная идея принадлежит Верещагину.

Сохранилось фото первого эскиза рамы 2802, сделанного Маркиевым. Мы приводим этот эскиз вместе с фотографией окончательной конструкции рамы, дабы виден был наглядно весь путь, по которому прошли разработчики. Только Маркиев сделал 118 промежуточных чертежей! Раму гнули и варили непосредственно в дизайн-центре, из стали, сделав для её облегчения множество отверстий, как в самолётных нервюрах. Но увы, всё равно избыток массы побороть не удалось.

Первый рисунок рамы:

Рама в "металле":

Рама была спроектирована в расчёте на организацию внутри её двух независимых отсеков – под аккумуляторы и запасное колесо. Для быстрой замены батареи в комплексе электромобилей разработали специальную тележку: она подъезжала сбоку и путём манипуляций с подъёмом/опусканием батареи производилась её замена. А выдвижную «запаску» расположили в заднем свесе, прикрыв её крышкой, как и аккумуляторы.

Рулевой редуктор взяли от ВАЗ 2101, только поставили его иначе, с переворотом на 180 градусов. Такое расположение диктовалось вагонной компоновкой. О рулевом усилителе речь по понятным причинам не шла, хотя он здесь пришёлся бы очень кстати: по воспоминаниям тех, кто поездил на этой машине, усилия к рулю требовалось прикладывать очень большие. Не было и отдельного усилителя тормозов, всё по тем же причинам – недостаток энергии и борьба с избыточной массой. Массы этой действительно случился изрядный избыток – весь кузов, кроме навесных панелей грузового отсека, сделали из стали. При этом о расчётной грузоподъёмности в 500 кг можно было забыть, машина возила только саму себя, полезная нагрузка не превышала 100 кг. Её и не грузили больше, опасаясь за прочность конструкции и тяговые возможности привода.

Тележка без кузова:

Кузов спроектировали съёмным – в те годы очень была популярна идея модульного автомобиля, на который можно оперативно «вешать» различные надстройки. Но, к сожалению, до изготовления разных вариантов дело не дошло, так машина и осталась в истории с одним вариантом кузова.

Но самое интересное в машине – это, конечно, кабина. Для 1979 года она выглядит невероятно стильно, да и сейчас она не кажется устаревшей. Заметим, тогда ещё не было массовым решение с дверными стёклами сложной формы, продолжающимися вниз и улучшающими боковой обзор, такие двери у японских автопроизводителей появились только в середине 80-х годов. Негативной стороной такого решения в ВАЗ 2802 стала невозможность сделать стёкла опускными, там даже сдвижных форточек нельзя было организовать! А если учесть, что конструкторы кабины не предусмотрели никакой принудительной системы вентиляции, кроме люка в крыше, то можно представить, как душно было в этой машине.

Интерьер получился не менее эффектным, чем кабина. При такой вертикальной посадке конструкторы обычно скованы недостатком пространства между водителем и передним стеклом (которое к тому же было совершенно плоским). Но выход из положения нашёлся, и довольно изящный: приборную панель сделали единым блоком с рулевой колонкой, а блок управления вынесли на пузатый ящичек центральной консоли. Для пущего «авангарду» на машину сначала даже поставили квадратный руль, заменённый впоследствии на обычный, круглый.
Образец 2802 был сделан удивительно быстро: осенью 1979-го Маркиев начал работу, в январе 1980-го подключились конструкторы отдельных узлов и электронщики, а летом того же года машина уже ездила по территории завода. Ввиду очевидной перетяжелённости конструкция нуждалась в доработке.

Вот что об этом говорит инженер-конструктор ВАЗа Андрей Гайдук:

Но «снять» с готовой машины 300-350 кг означало переделать её всю, полностью. Этим заниматься не стали, благоразумно решив, что проще будет сделать новую разработку, уже на этапе проектирования оптимизированную по массе. Но 2802 ещё долгие годы возили по выставкам и дизайнерским семинарам. В том числе показали её и на ВДНХ, в 1984 году, на выставке «Автопром-84». Гостей она там не возила, как 1801, но служила полноценным шоу-стоппером, собиравшим публику. С ВДНХ 2802 привезла 14 золотых медалей – за дизайн, конструкцию, идею.